Сказки Мира для детей
 
     

O БЕЛОЙ ПАНИ С ВЫСОКОЙ ГОРЫ - Сказка с Фатры

Было это давным-давно в стране, где такие высокие горы, что вершины их упираются прямо в небо. Среди всех возвышалась гора Высокая, у подножия которой раскинулись луга, леса, узкими полосками протянулись поля. Каждую весну воды с гор приносили на поля столько камней, что, как ни старались люди собрать их и расчистить поля, все равно здесь ничего не родилось. Вот и не было у местных жителей ни зерна, ни муки, чтобы хлеб испечь, лишь ячменными да овсяными лепешками они и питались.
Высоко над лесом раскинулись горные луга с сочными травами, еще выше луга, поросшие мхом и брусникой, а дальше высились лишь голые скалы. На горных лугах, то здесь, то там, были разбросаны пастушьи хижины и овчарни. По весне пригоняли сюда стада овец, и бача с валахами* и подпасками все лето до глубокой осени пасли и доили овец, варили и коптили сыр. Одним словом, работы хватало и скучать было некогда. Все лето проводили пастухи в лесу и на лугах. Многое из лесных тайн было им ведомо, каждая птаха в лесу, каждая травинка на лугу были им знакомы.
Было среди пастухов поверье: тому, кто в ночь накануне Ивана Купала сыщет цветок папоротника, укажет он путь в пещерус несметными сокровищами, какие и королю не снились. И не удивительно, что в ночь на Купала не один храбрец отправлялся в лес на поиски волшебного цвета. Но не каждому суждено было его отыскать. Только смелый и честный человек мог увидеть цветущий папоротник.
Отправился искать чудесный цветок и валах Винцо, сын бедной вдовы, жившей в маленькой деревушке, затерявшейся у подножия гор. Бродил он по лесу, блуждал в темной ночи, надеясь на счастье, а тут ему и в самом деле повезло — прямо перед собой увидел он редкий цветок. Он чуть было не наступил на него, потеряв от радости голову.
-  Ух, ну и повезло же мне! - обрадовался Винцо. Осторожно он
сорвал цветок и, держа его в руке, зашагал дальше. Казалось, что
ноги сами несут его. Обходя камни и ручьи, вышел он к большому
утесу. Скалы перед ним расступились и открыли вход в подземелье.
Вошел он туда и увидел вдали голубой огонек. Пошел Винцо на его
свет и, чем ближе подходил он, тем ярче тот разгорался. Подземный
ход привел его в большую пещеру. Вся она была выложена золотом,
а из стен торчали золотые слитки величиной с конскую голову.
Попытался он было отломить один, но, как ни старался, слиток не
поддавался. Ну и ругал же он себя, что не взял хотя бы кирку или
валашку* и отправился в лес один, без товарищей. С большим
трудом ему все же удалось выломать самый маленький слиток
величиной с баранью голову.
«Ну, да ладно, - подумал юноша, — еще только полночь, до утра времени много, сбегаю я за киркой и валашкой, да друзей приведу, а золота здесь не то, что на нашу овчарню, на всю деревню хватит.»
А тут откуда ни возьмись большая муха, жужжит, не переставая, над ухом. Отгонял он ее, отгонял, пока не разозлился и не проговорил в сердцах:
-  Кш! Кш! Разжужжалась тут, чтоб тебя черти взяли!
Только вспомнил он про черта, как хвостатые обрадовались, и цветок папоротника потерял свою волшебную силу.
Выбрался валах из пещеры, спрятал золотой слиток в мешок, закинул его за спину и зашагал прямо к овчарне. Не знал он, что черти времени даром не теряли, решили они выманить у него драгоценный слиток. И вот один из чертей стал ему нашептывать, что легче будет ему шагать, если срежет он себе палку, раз уж не взял с собой валашку. Бедняга внял его совету, ведь он и знать не знал, что это черт ему нашептывает. Полез он в чащу за палкой и сбился с пути. И тут давай его черти за нос водить. Блуждал он, блуждал, ходил кругами по лесу, а до пастушьей хижины все никак не мог добраться. До самого рассвета, пока петухи в долине не пропели, бродил Винцо по горам, хотя прежде знал здесь каждое дерево, каждый кустик. Звал он, звал своих друзей, но все напрасно, никто ему не откликался. Лишь только наутро, когда уже солнце вставало, полумертвый от страха и полуживой от усталости Винцо вдруг увидел пастушью хижину.
Вбежал он в нее, скинул мешок с плеч и с облегчением вздохнул, наконец-то он домой попал. Но не давала ему покоя мысль, что еще столько золота в пещере осталось, хотя и знал, что цветок папоротника открывает подземные богатства лишь в ночь на Ивана Купала. Но ночь прошла, горы снова сомкнулись, и золото навсегда осталось скрыто в подземных кладовых.
- „Хорошо, хоть этот слиток с баранью голову удалось отло­мать", - утешал он себя. Открыл он мешок, заглянул в него, - а там вместо золота лишь большой грязный камень.
Бедняга от расстройства чуть рассудка не лишился. Но это было еще не все. Вернулись пастухи и, выслущав его рассказ, подняли его на смех: ну и хорош же он, всю ночь такой тяжелый камень на себе таскал!
Прошло время, но Винцо никак не мог успокоиться. Все лето бродил он по горам, разыскивая пещеру с золотом. Казалось, он просто рехнулся. Куда только он не забирался, в какую чащу не забредал, но все было напрасно.
Наступила осень, запорошил снег пастбища в горах, погнали пастухи стада овец с гор в долину, и Винцо вместе со всеми вернулся Выбрался валах из пещеры, спрятал золотой слиток в мешок, закинул его за спину и зашагал прямо к овчарне. Не знал он, что черти времени даром не теряли, решили они выманить у него драгоценный слиток. И вот один из чертей стал ему нашептывать, что легче будет ему шагать, если срежет он себе палку, раз уж не взял с собой валашку. Бедняга внял его совету, ведь он и знать не знал, что это черт ему нашептывает. Полез он в чащу за палкой и сбился с пути. И тут давай его черти за нос водить. Блуждал он, блуждал, ходил кругами по лесу, а до пастушьей хижины все никак не мог добраться. До самого рассвета, пока петухи в долине не пропели, бродил Винцо по горам, хотя прежде знал здесь каждое дерево, каждый кустик. Звал он, звал своих друзей, но все напрасно, никто ему не откликался. Лишь только наутро, когда уже солнце вставало, полумертвый от страха и полуживой от усталости Винцо вдруг увидел пастушью хижину.
Вбежал он в нее, скинул мешок с плеч и с облегчением вздохнул, наконец-то он домой попал. Но не давала ему покоя мысль, что еще столько золота в пещере осталось, хотя и знал, что цветок папоротника открывает подземные богатства лишь в ночь на Ивана Купала. Но ночь прошла, горы снова сомкнулись, и золото навсегда осталось скрыто в подземных кладовых.
— „Хорошо, хоть этот слиток с баранью голову удалось отло­мать", - утешал он себя. Открыл он мешок, заглянул в него, - а там вместо золота лишь большой грязный камень.
Бедняга от расстройства чуть рассудка не лишился. Но это было еще не все. Вернулись пастухи и, выслущав его рассказ, подняли его на смех: ну и хорош же он, всю ночь такой тяжелый камень на себе таскал!
Прошло время, но Винцо никак не мог успокоиться. Все лето бродил он по горам, разыскивая пещеру с золотом. Казалось, он просто рехнулся. Куда только он не забирался, в какую чащу не забредал, но все было напрасно.
Наступила осень, запорошил снег пастбища в горах, погнали пастухи стада овец с гор в долину, и Винцо вместе со всеми вернулся в селение. Но думы о золоте не покидали его. И дома не знал он покоя, часто по ночам, словно какая-то сила гнала его, уходил он из дома в горы. Много слез проли­ла его бедная мать, упрашивая сына забыть злополучные сокро­вища, сколько сыра и шерсти отнесла она ворожее за разные зелья и травы — ничего не помо­гало.
Лишь к концу зимы Винцо вро­де бы забыл о золотом подземе­лье. В горах начали таять снега, обнажились южные склоны, но по ночам еще стояли морозы. В тот год ягнят родилось больше обычного, и забот у всех хвата­ло. И у Винцо работы было столь­ко, что он просто с ног валился. Но мать его была довольна, нако­нец-то у парня в голове проясни­лось, и стал он таким же, как и прежде.
Но как-то раз ночью подул хо­лодный сильный ветер, что-то за­гремело, застучало во тьме, и ста­рушка пробудилась ото сна. При­слушалась она - не слыхать, как Винцо похрапывает.
„Ах, неужели он опять ушел из дома в такой мороз, еще замерз­нет или со скалы упадет", - забес­покоилась несчастная мать.
А Винцо и в самом деле выбежал ночью из дому, взобрался на пригорок, что был рядом, и прислушался. Ему показалось, что он слышит звук колокольчика, он-то и заставил его выйти из дома и, звеня, звал за собой в горы. Колокольчик все звенел и звенел где-то вверху на горе, но вдруг умолк. Винцо уже было решил, что ему все почудилось, но тут снова раздался нежный голос колокольчика и, удаляясь, стал звать валаха все выше и выше, на Высокую гору.
Валах быстро зашагал на его звон. Он шел, будто кто вел его за руку, ни разу не поскользнулся на льду, ни разу о камень не споткнулся.
Скоро он вышел из леса на большой луг, выглянул месяц и осветил все вокруг. И тут Винцо остановился как вкопанный, не в силах и шага шагнуть. Сверху, с гор по слежавшемуся снежному насту к нему приближалась высокая белая фигура, она даже не шла, а едва касаясь земли, парила. „Это Белая дама на ледяном паруснике спускается с вершин гор в долину", - пронеслось у него в голове.
На него она даже не взглянула, повернула в сторону Высокой горы и тут же исчезла, будто ее и не было.
До смерти перепуганный валах стоял, словно к месту прирос, не в силах двинуться дальше, хотя Белая дама уже давно скрылась из виду. Вспомнил он, что старики говорили, кто ее увидит, тому уже не суждено домой вернуться. Пришел Винцо в себя и хотел было двинуться дальше, но ноги не слушались, будто к земле приросли. «Двум смертям не бывать, — подбадривал он себя. — Или мне здесь замерзать, или хоть ползком, но доберусь до того места, откуда Белая пани появилась. Кто знает, может это вовсе и не плохой знак.»
Только подумал он это, как в ноги снова вошла сила. Зашагал он прямо в горы, казалось, будто кто за руку его туда ведет. Наконец добрался он до большого утеса, дальше идти было некуда - кругом высокие снежные сугробы, и лишь под скалой что-то виднелось. Приблизился к ней Винцо, и от страха у него ноги так и подкосились. Опершись о скалу, перед ним стояло что-то белое, но что, Винцо не мог разобрать. Тут из-за тучи вышел месяц, и Винцо разглядел сгорбленную женскую фигуру. Винцо не знал, что и подумать: привидение это или в самом деле девушка. Наконец, преодолев страх, подошел он поближе и сразу же узнал Анку, сироту из соседнего села. Мать ее умерла давно, а отец умер совсем недавно, оставив ее с мачехой и ее родной дочкой.
 - Анка, ты ли это? — боязливо спросил Винцо и тронул ее за
плечо.
 - Ох, кажется, я заснула, — слабым голосом проговорила девушка.
Хотела было она подняться, но не смогла, видно сил у нее совсем не
было.
 - Что ты тут делаешь среди ночи, ведь ты замерзнешь!
 - Ну и пусть, все равно не могу я домой без овцы вернуться!
- отвечала девушка.
Тут она рассказала, что пасла на протаявшем лужку овец, да всех не устерегла. Потерялась одна овца, как сквозь землю провалилась. А вечером выгнала ее мачеха из дому, сказав, что, пока не найдет овцу, домой пусть не возвращается. Где только она ее ни искала, как ни звала, но все напрасно. И тут она вдруг услышала звон колокольчика. Пошла она на его голос, а колокольчик звал ее все выше и выше в горы. Прибежала она чуть живая к утесу, но колокольчик сразу же умолк. Овцы и здесь не было. Присела бедняжка немного отдохнуть, горько заплакала да, видно, и за­снула.
 - Ведь ты бы вечным сном заснула, если бы звон колокольчика
меня сюда не привел, - сказал Винцо. - Слыханое ли дело, ночевать
на Высокой горе в такой трескучий мороз! Видно, сама Белая пани
указала мне дорогу к тебе! А твоей мачехи не миновать расплаты за
то, что выгнала тебя из дому в такой холод. Пойдем со мной и ничего
не бойся!
Привел Винцо полузамерзшую девушку к своей матери. Осталась Анка у них жить и было ей с ними так хорошо, как никогда прежде, хотя и прокляла ее мачеха, узнав обо всем. Так она тогда разошлась, что от ее крика горы содрогались. И не удивительно, ведь это она сама тогда овцу спрятала, а утром овца оказалась мертвой. С той поры несчастья сыпались на нее одно за другим. Кур ей лиса передушила, волк задрал баранов, коровы перестали давать молоко, будто кто их сглазил. А поздней осенью, когда сено и зерно в амбар свезли, прокукарекал красный петух на крыше ее дома, и все сгорело дотла.
Выпал первый снег, и бача с валахами и подпасками погнали овец в долину. К этому времени злая мачеха совсем обнищала и с мешком за спиной ходила от дому к дому, прося подаяние. За это и прозвали ее Мешочницей.
А бедной сироте Анке и валаху Винцо везло во всем. Не прошло и года, сыграли они свадьбу, и с той поры жили счастливо и согласно. Все у них получалось, все удавалось, и нужда навсегда ушла из их дома. Друзья не раз посмеивались над Винцо, не нашел ли он снова пещеру с сокровищами, или это Белая пани с Высокой горы так ему помогает.
Как бы там ни было на самом деле, а Винцо и Аничка жили счастливо, а может, и поныне еще живут со своими детьми и внуками.

* валашки - пастуший топорик
*6ача — старший пастух, валах — овчар, пастух

© 2006-2012 skazkimira.portal-1.ru Все права защищены